Главная » Статьи » Суфизм

Нас объединяет одно – ислам

Нас объединяет одно – ислам

 

- Досточтимый шейх Саид-афанди, существует много разных домыслов относительно вашего исламского образования и знаний в области арабского языка. Да и сами вы часто представляетесь человеком с небольшим багажом знаний, однако ваши книги свидетельствуют об обратном. Так кто же вы на самом деле?

 

- Истина такова, как я сказал. Все, о чем я пишу, взято из книг мусульманских ученых. Ни один из них не заявляет о себе, что он знающий.  Какой вред людям от моих слов, тем более что оценивать человека нужно не по словам его, а по делам? Читайте книги и оценивайте, вот и все.

Пророк Муса (Моисей) (с.т), не догадываясь о мудрости, скрытой в действиях пророка Хизри (с.т), оценил их согласно шариату и сделал ему замечание.  В ответ Хизри (с.т), раскрывая секрет того, почему он сделал дыру в лодке, сказал: «Я захотел (продырявить)». Тогда Всевышний (с.т) спросил его: «Кто ты такой, чтобы говорить: «Я захотел»?» Хизри (с.т) тут же покаялся. Далее, когда он принялся открыть тайну убийства им мальчика, он сказал: «Мы захотели (убить)». И вновь Всевышний (с.т) обратился к нему, спрашивая, кто он такой, чтобы заявлять так. Хизри (с.т) тут же раскаялся и в этих словах.

Посмотрите, насколько Всевышнему (с.т) не угодно слово «я». Это  слово, которое впервые произнес Иблис после того, как Господь (с.т) повелел ему поклониться пророку Адаму (с.т). Отказавшись, он ответил: «Я лучше и превыше Адама». Фараон, обращаясь к волхвам после того, как те уверовали в Мусу (с.т), объявил: «Я повешу вас на финиковом дереве». Как же может правоверный мусульманин, зная, как ненавистно Всевышнему (с.т) слово «я» и человеческое самолюбие, утверждать, что он знающий? Коран и хадисы от  начала до конца осуждают самолюбие и порицают желание человека к самовозвышению. Что же удивительного в моем нежелании рассуждать о моей неучености? Лучше всего, когда человека оценивают люди, а не он сам себя.

Говоря кратко, я не знаю, кем предстану перед Всевышним (с.т) в день Великого суда. Но в этом мире, независимо от моих деяний, я оказался бережно хранимым рабом Аллаха (с.т). Это к тому, что нрав, который я полюбил еще в детстве и выбрал для себя в зрелой жизни, оказался в дальнейшем, когда я познакомился с наукой, недоступным для нынешних ученых, несмотря на изучение ими шариата и тариката. В Коране есть аят с таким смыслом: «Всевышний Аллах дает мудрость своему рабу. Одаренный мудростью есть одаренный благами человек». Эту мудрость не воспримут (т. е. не извлекут пользы из проповедей Корана) те, кто склонен к мирскому и плотским страстям. А что есть мудрость? Мудрость – это свет познания Всевышнего (с.т), которым Он осветляет ум избранного Им раба. Понять этот свет невозможно ни разумными, никакими другими доводами, т.к. Господь (с.т) одаривает мудростью лишь Своего возлюбленного раба. Иными словами, мудростью считается умение рабом Аллаха (с.т) давать оценку собственным деяниям через призму разума так, чтобы принятое им решение было правильным и справедливым.

А кто считается мудрецами? Это те, кто, не удовлетворяясь поверхностными знаниями, вникают в сущность этих знаний, те, кто стараются следовать путем пророков. Так, они от поверхностных знаний, постепенно достигают божественного света, и понимают, что этим светом не будет обладать никто, кроме того, кому его даст Всевышний (с.т). В Коране есть аят, смысл которого: «Никто из желающих не сможет вникнуть в суть и свет Корана, уверовать в Коран и понять его, если Всевышний не пожелает этого, не будет ему помощи ни от кого».

Чтобы достичь божественного света и понять смысл Корана, необходимым условием является следование Пророку (с.т) и соблюдение его сунны. Но его никогда не достичь тому, кто отрицает произнесение слов приветствия Пророку (с.т) и не верит в возможность его духовного присутствия, считая это многобожием. Истина в том, что избранному Своему рабу Всевышний (с.т) дает знания и без изучения. Кто желает получить такие знания, может следовать прочитанному.

 

- Часто в газетах указывают число ваших мюридов от 6 до 600 000 и т.д. Насколько конкретны и важны эти цифры и можно ли расценивать их с точки зрения какой-либо угрозы для государства?

 

- Чтобы заявлять, что от меня исходит какая-то угроза государству, должен быть повод. Если кто-то считает поводом для этого увеличение числа моих учеников (мюридов), то он в корне заблуждается и лжет. Когда собирались свергнуть власть (взятием Дома правительства в Махачкале или вторжением в Дагестан) те, кто сегодня спешит меня в чем-то упрекнуть, не написали тогда ни одной статьи, а теперь, видите ли, они решили, что от меня исходит угроза для государства. Тот, кто действительно любит свою родину, может определить контингент авторов сегодняшних статей. Они утверждают, что у меня есть учебные лагеря для подготовки боевиков и оружие. Если так на самом деле, то пусть органы найдут все это и накажут меня. И еще, последователи тариката не склонны к раздорам и смуте, напротив, они по возможности препятствуют распространению разногласий и вражды. Если кто-либо сомневается в сказанном мною, тот может ознакомиться с тем, чему я обучаю учеников и спросить любого из них, чему их научили. Тем более что они у всех на виду: живут в селах и городах, трудятся, никто из них не скрывается. Я также нахожусь у себя дома, принимаю всех, кто приходит ко мне. У меня нет секретов от людей, и никого из тех, кто приходит ко мне, я не отвергаю. Пусть придут и те журналисты, которые пишут обо мне неизвестно что. Сядем, как настоящие мужчины, и поговорим, тогда они и поймут истину. Если нет, пусть тогда пишут неправду. Их домыслы не имеют никакого отношения ко мне, ибо я чист перед Всевышним (с.т) и людьми, а отвечать за написанное им, пусть помнят об этом! Тем более, следовало бы знать, что, независимо от того, будет кто-то писать или нет, предписанное Всевышним (с.т) сбудется и не изменится.

Разногласия, возникшие при распаде СССР, существовали и при его создании. Были противоречия и разногласия и среди мусульманских ученых, да вознаградит их Аллах (с.т) Раем! Но Сайфулла-кади и Хасан-афанди открыто призывали все народности Дагестана к миру. Это были чистейшего нрава люди, которые не преследовали ни малейшей корыстной цели – их слова и поступки были только ради Всевышнего (с.т).

Сайфулла-кади был известен как кутб-уль-мастур, т.е. человек, уровень и степень которого не ведомы людям. Лучше детей никто не знает состояние родителей, и то, что я рассказываю о них, является истиной. Разговоры людей об этих духовных наставниках (устазах) подобны той клевете, которую сегодня распространяют и обо мне. Рассказывают, что, живя в селении Верхнее Казанище, Сайфула-кади обратился к общине со словами: «Дети мои, к нам приближаются большевики. Вы развесьте по селу белые флаги и не сопротивляйтесь». Мусульмане послушались его, и в этом было добро. Я также прихожусь духовным сыном Сайфулле-кади и Хасану-афанди. Поэтому я, как и они, никогда не буду призывать народ к противостоянию и не соглашусь с теми, кто будет это делать. Это – наш путь.

Что касается числа моих учеников, то мне оно неизвестно, мне и незачем его знать. Любой чиновник постарается увеличить число своих сторонников с целью выгоды. Так идет издревле, поэтому я никого не виню в этом. Я независим от увеличения числа моих учеников, ибо я не ищу от них никакой пользы или выгоды. И нет ни одного среди них, кого бы я удерживал возле себя посредством подкупа, обмана, материального соблазна или путем угроз. Все они добровольно пришли ко мне с целью познания Аллаха (с.т). Мое дело – принять гостя и научить его тарикатским вирдам. Для духовного наставника (муршида) не свойственно искать учеников. Наставник, ищущий учеников, подобен продавцу зелени, крапивы, полыни и т.д., который ищет покупателя. Продавец же драгоценностей, золота и жемчуга находится в своей лавке – покупатели сами приходят к нему. Еще пример: если чабан думает только о том, как бы получить деньги за каждую овцу в отаре, то, конечно, он будет добиваться увеличения стада. Истинный же чабан печалится от увеличения отары, потому что ему трудно содержать большую отару должным образом. Поскольку я не являюсь чабаном, работающим за деньги, то у меня нет цели увеличивать число учеников. Этим я не добиваюсь какой-то власти или почета, моя единственная цель – довольство Аллаха (с.т).

 

- Уважаемый шейх, имеете ли вы право, исходя из вашего духовного сана, решать, кого принимать, а кого нет?

 

- Сравнивая профессии, можно сказать, что шейхи и врачи похожи друг на друга. По окончании учебы медики дают клятву не отличать друга от врага при оказании им медицинской помощи. Подобно этому, нашими старшими нам велено принимать каждого пришедшего. Мой духовный наставник говорил мне: «Сам не зови, но и пришедшего не гони». Врачи всех больных одним лекарством не лечат, каждому назначают средства в соответствии с его болезнью. Так и духовные учителя каждому мюриду дают соответствующее его состоянию задание. Тому, кто может выполнить много, дают много, тому же, кто слаб, дается задание полегче. Вылечить всех пациентов врачи тоже не могут: одних отправляют домой, другие умирают в больнице. Духовный наставник не сможет наставить ученика, если Господь (с.т) не наставит. Из одного выйдет хороший  ученик, другой же будет лишь называться таковым, не извлекая для себя никакой пользы, а третий и вовсе примкнет к ваххабитам. У врача не все пациенты одинаковы – один четко следует его предписаниям, и такой пациент нравится ему больше, другой же не слушает врача, не принимает  лекарств согласно рецепту, а иной и вообще убегает из больницы. Таким образом, выздоровление больного в большинстве случаев зависит от самого больного. Так и получение пользы от тариката зависит от самого ученика.

Предназначение врачей – служить людям. Таковы и духовные наставники по отношению к своим ученикам. Но не для того, чтобы извлекать от этого какую-либо выгоду в виде денег или прислуги. Поэтому наставник не хвалит своего ученика, а, скорее всего, испытывает его. При этом следует учесть, что через какое-то время возле наставника останется небольшое число мюридов, ибо испытания пройдут немногие.

Таким образом, духовный учитель подобен тяжеловозу, безвозмездно выделенному одному селу или определенному населенному пункту. Один может использовать его, чтобы привезти дрова, второй – сено, третий поедет на мельницу, четвертый нагрузит мешками, пятый поедет верхом, его могут оставить без еды и воды. Куда же деться бедному животному, раз Хозяин отдал его?

Еще духовный наставник подобен могильщику в отдельно взятой местности, которому велено бесплатно на своей спине доставлять мертвых на кладбище. Кто же захочет таким образом перетаскивать мертвых на кладбище? Разве может у этого могильщика возникнуть желание, чтобы умирало больше людей? Не думайте, братья, что под словом «духовный наставник» кроется почтенное наставление людей. Духовный учитель в ответе за многое. Да сжалится Господь (с.т) в день Великого суда надо мной и над всеми мюридами, и правоверными!

 

- Досточтимый шейх, некоторые жалуются, что ваши мюриды совершают неблаговидные поступки. В конечном итоге,  камни летят в ваш огород – раз вы являетесь их учителем, значит, считают они, вы должны контролировать их поведение. Можете ли вы запретить им плохо вести себя?

 

- Шариат обязывает каждого человека не переступать границ дозволенного и запретного, т.е. оттого, что он не является учеником, не означает, что ему дозволено нарушать шариат. Тарикат очищает шариат, украшает его, поэтому мюрид должен показывать другим только положительный пример. Все же ученики не могут не совершать какие-то грехи, ибо они не ангелы. Какими бы великими ни были приближенные к Аллаху (с.т) люди, и они могут впасть в грех, поэтому не удивительно, что мюриды грешат. Совершенно не схоже лечение двух больных: того, кто ходил на прием к врачу и кому врач прописал лекарства, и того, кто не посетил его и не может излечиться от серьезной болезни. Пример второго больного подобен тому, у кого нет духовного наставника, и он не следует тарикату. Мюрид хотя бы немного, но старается сохранить себя от греха, а если совершит его, то тут же кается и очищается от содеянного. Такой нрав по шариату считается нравом правоверного, а правоверного ожидает милость Аллаха (с.т). Это радость для верующего, ибо грехи предыдущих народов не смывались путем покаяния. Если вина за ошибки или проступки некоторых учеников перекладывается на духовного учителя, то это является неверием Корану и хадисам. Посланник (с.т) не смог наставить своего дядю  Абу Ляхаба. Во многих аятах Корана говорится: «О Пророк! Ты не можешь направить всех, кого захочешь, кроме тех, кого наставлю Я. И ты  не в ответе за них, ибо ты послан только для призыва к Единобожию».

Пророк Мухаммад (с.т) сказал: «Если бы я мог наставить людей, я бы весь народ привел в  ислам, и если сатана мог бы сбить людей с пути истины, он бы на земле не оставил ни одного мусульманина». И еще, если за неудавшегося мюрида винят учителя, то следует за каждого, не выздоровевшего пациента, винить врача. Будет ли это верно? Как красиво сказал Хасан-афанди: «Для мюрида грех, как удобрение для огорода. Раб, не совершивший ни одной ошибки, познает довольство собой».

Или возьмем, к примеру, многодетную семью. Отец всех детей воспитывает одинаково. Но как быть ему, если кто-то из них будет нарушать нормы поведения? Если бы отец не воспитывал ребенка, то виноват был бы он, но он же занимался воспитанием. И как бы плохо ни вел себя его ребенок, даже если бы однажды он совершил преступление и убил ни в чем неповинного человека, отец не сможет  отказаться от него. Настолько велика милость отца к детям. Духовный учитель и его ученики подобны отцу и его сыновьям. Но вы не думайте, что наставник является человеком, который объединяет воров и убийц. Если ученик будет совершать неблаговидные поступки, то он автоматически отдаляется от своего учителя, пока не приведет к согласию отношения с обвиняемым его человеком. Духовные наставники – чистые люди, и они не соглашаются даже с малейшей несправедливостью.

Мухаммад аль-Бухари сказал: «Врата моего тариката открыты даже для того, кто совершит прелюбодеяние внутри Каабы. Похожи на это и другие деяния, которые стоят между рабом и Аллахом, к примеру, пост и молитва. Бывает, что человек постится, но не совершает намаз. Но на горе Лубнан есть растение, плод которого можно разглядеть только под микроскопом. Человек, который хоть на размер этого плода ранит сердце другого, не почует даже запаха моего тариката». Настолько ценно перед Всевышним (с.т) все, что связано с человеком. Таким образом, пока обиженный не простит своего обидчика, не простит его и Аллах (с.т). Шейхи придерживаются  пути Аллаха (с.т) и следуют за Его Посланником (с.т). Поэтому, братья мои, обвинения в адрес духовных наставников из-за неудавшихся мюридов не соответствуют ни закону, ни разуму.

 

- В последнее время часто говорят об аваризации ДУМД, о том, что вы контактируете преимущественно с аварской элитой, причем как с религиозной, так и политической. Насколько в исламе возможен акцент на нацинальность?

 

- Для ислама не свойственно разделение наций, напротив, он призывает к их объединению. Как же при подобной постановке я могу разделять людей по национальностям? Для настоящего верующего нет возможности разделять людей, ибо это отрицается Аллахом (с.т) и Его Посланником (с.т). Если же он делает это, то он несовершенный мусульманин. Сподвижник Посланника (с.т) Салман был персом и Пророк (с.т) сказал о нем так: «Салман из наших, т.е. из моей уммы». Немало было великих сподвижников из числа мухаджиров и ансаров, но духовное правление с правом передачи накшбандийского тариката перешло от Абу Бакра к Салману, ибо он был достоин этого.

Шариат предписывает нам для любого дела подбирать достойного человека без различия нации. Произнесение первого азана Пророк (с.т) поручил эфиопу Билялю. И все же во все времена было предостаточно людей, готовых посеять раздор и смуту. Противоречия между разными национальностями имели место со времени сотворения мира и будут впредь, но не потому, что этому учит шариат или в шариате есть такая возможность, а оттого, что люди стали более невежественными. Мусульман это недостойно. К примеру, чтобы говорить о разделении наций в Дагестане, разве мало аварцев рядом с даргинцами, кумыками, лезгинами, лакцами и наоборот? Разве мало смешанных браков?

Говоря откровенно, когда я размышляю над этим, я не нахожу ничего, что бы зависело от наций. У меня, к примеру, есть мюриды, которых я люблю как своих детей, и они любят меня. Есть даргинцы, кумыки, лакцы, лезгины, чеченцы и т.д. Вообще, мои ученики представлены всеми нациями, какие есть. Нас объединяет одно – ислам. Каждый ищет свою среду, свои интересы, и никто не спрашивает, кто он по национальности.

Все, кто был в моем доме, могут засвидетельствовать, что я ни в коем случае не различаю людей по нации.  Спросите любого, каждый скажет. Я не вхожу в число подобных людей, хвала Всевышнему (с.т)!

 

- В СМИ постоянно появляется информация о том, что в Дагестане много разных шейхов. При этом складывается ощущение, что между ними и их учениками существует некая  вражда.  Вы лично испытываете какие-нибудь враждебные чувства к кому-либо из них?

 

- Есть люди, которые, как только объявляется новый шейх, спешат оповестить меня об этом. Не знаю, какую цель они преследуют? Хотят узнать мое мнение или радуются появлению этого шейха, или же наоборот? Я им всегда говорю, пусть будут таковые в каждом селении. На самом деле, их появление облегчит мою участь. Я постоянно учу своих мюридов, чтобы они не вступали в споры с мюридами других шейхов и с людьми вообще, тому и они должны учить своих мюридов. Я никогда не испытывал зависти по отношению к ним, и не буду испытывать, у меня для этого нет ни времени, ни необходимости. Если бы люди знали, что спорами и завистью не добиться ничего, особенно в наше время. Каждый имеет право выбрать для себя наставника по душе, а за то, чему наставник научил мюрида, отвечать перед Аллахом (с.т) будет он сам, поэтому мюридам лучше всего молча выполнять то, чему их обучают.

 

- Досточтимый шейх, говорят, что в число ваших мюридов входит ряд членов правительства Дагестана и известные политические деятели, к примеру, Х. Шихсаидов, М. Алиев и т.д. Таким образом, получается, что вы претендуете на роль духовного лидера Дагестана, который влияет на политическую обстановку в республике?

 

- Мюрид – это тот, кто получает от меня вирд (тарикатское задание). Того, кто приходит ко мне в первый раз, я спрашиваю: «Друг, какова цель твоего визита ко мне, ты желаешь получить тарикатский вирд или просто решил посетить меня?» (Бывает, что приходят и не за вирдом.) Если он отвечает, что желает получить вирд, я обучаю его тарикатскому заданию и он становится мюридом. Если же он говорит, что пришел навестить меня, то я дарю ему четки, если они окажутся у меня, и могу в шутку сказать, что когда подрастет, тогда дам и вирд. Затем я выслушиваю пришедших ко мне о цели их визита. Цель их прихода в основном заключается в том, чтобы я посоветовал какое-то лекарство, написал слова для талисмана или прочел дуа для больных. Я читаю для них дуа, а в лекарствах и талисманах я не сведущ, поэтому отсылаю их либо к врачам, либо к тем, кто может писать тексты для талисманов.

Приходят иногда отдельные люди или группы людей лишь с одной целью – просто увидеть или услышать духовного наставника, узнать, что такое тарикат. Им я также даю четки (опять же, если они у меня окажутся) и говорю: «Вы не спешите принимать тарикат, подумайте.Лучше не брать вирд, чем затем не соблюдать его вообще. Не следует брать вирд, беря пример с кого-то. Если же вы своим умом дошли до понимания того, что вам это нужно, если вы способны отделить черное от белого, тогда, конечно, берите вирд». После всего этого того, кто скажет: «Да, я хочу взять вирд», я обучаю. Бывает, что один и тот же человек приходит два-три раза и лишь после принимает тарикат. Но тарикатские шейхи сравнивают человека, посетившего устаза и не взявшего вирд, с тем, кто, побывав в Мекке, уехал, не совершив хадж. Таким образом, лучше всего все обдумать заранее, а потом прийти.

Говоря о государственных чиновниках, кроме названных, ко мне приходили и другие, но они не взяли вирд и потому не являются моими учениками. Они не приходят с единственной целью посетить меня. К примеру, в Чиркее недавно отмечали 1000-летие села, открытие мечети и медресе. В школе проводилось заседание с участием представителей правительства, районной администрации, журналистов. Заодно эти люди зашли и ко мне, а разве это возбраняется? Или оттого, что они зашли ко мне, упал их авторитет или я должен как-то этого стесняться? Своим приходом ко мне они показывают, что в них сохраняется дух дагестанского народа, традиции, умение вести себя среди людей, что еще можно подразумевать под этим визитом? Откровенно говоря, когда ко мне приходят люди подобного ранга, мне бывает очень неудобно, но большое им спасибо!  Можно уверенно сказать, что у всех этих людей мнение, которое у них могло сложиться до встречи со мной, меняется в лучшую сторону, ибо информация, полученная ими обо мне, оказывается противоположной истине.

Дорогие дагестанцы, у того, кому хочется сменить власть, или тот, кто желает стать главой республики, должны быть связи с политиками, руководителями государства, к примеру, хотя бы с некоторыми из них, связи с другими странами, банками, фондами. Где же у меня все эти связи? У меня их нет и не было никогда! Я не отношусь к категории людей, которые имеют способности в подобных делах. Думаю, что про мою жизнь лучше всего знают государственные органы, если нет, то пусть спрашивают, они узнают, и я буду только рад. Разве не удивительно, что самое большое обвинение в мой адрес звучит от имама одной из мечетей из-за того, что я научил тарикату главного редактора газеты «Истина» Камалова Али? Во-первых, это неправда. Во-вторых, не вижу причины, из-за которой нельзя было бы обучить Али тарикату, которому я обучаю всех. Смысл, на мой взгляд, в том, что под этим обвинением кроется вопрос, можно ли таким плохим людям давать вирд? Это мысль не сходится ни с Кораном, ни с хадисами, согласно которым никто не лишается возможности покаяния, напротив, и Коран, и хадисы призывают к покаянию. Подобно тому, что имеющий больше болезней должен раньше всех идти на прием к врачу, так и имеющий больше грехов должен раньше всех пойти к духовному учителю. Эта фраза сказана не сегодня. Тарикат нужен людям,  оттого что у них много грехов (начиная с меня).

Камалов А. и в прежние годы приходил ко мне со своими вопросами, я принял его, как принимаю всех. Я не давал ему вирд, т.к. он его не просил, но если бы попросил, то дал бы с радостью. А чтобы отказать ему, нужно знать каким человеком Али будет завтра.

Разве тот мулла, который обвиняет меня в этом, не знаком хотя бы с сурой Корана «’Абаса»? Однажды Хасана-афанди (да будет доволен им Аллах!) посетил один чиновник на гнедом коне, одетый в яркую, красивую одежду и увешанный дорогим оружием. Хасан-афанди очень тепло принял его, а затем вышел, чтобы с почтением проводить. Глядя на все это, один из учеников шейха подумал: «Что это за уважение к человеку, который не является даже учеником?». После ухода гостя Хасан-афанди сказал: «О сын мой! Что мне стоит оказать почтение человеку, которого Аллах почтил таким красивым конем, дорогой одеждой, оружием, авторитетной работой?» Так же и в случае с Али – он человек, которого Аллах (с.т) наделил умом, знанием, хорошей работой, питанием, одеждой. Как же я могу не принять его?

Во время работы на строительстве Чиркейской ГЭС я подружился с одним даргинцем по имени Мухаррам. Он был очень праведным верующим, который за всю свою жизнь не пропустил ни одного намаза, ни поста, и дружба наша завязалась именно из-за этого. Я в то время был мюридом, посещал своего духовного наставника,  Мухаррам же не был в тарикате.

Так, прошли годы и разговора про тарикат между нами не возникало. Достроили ГЭС, Мухаррам уехал, а мне через время передали наставничество. Наша дружба продолжалась много лет. Мухаррам приезжал ко мне, садился рядом с другими мюридами, слушал то, чему я обучаю, и уходил вместе с ними. Шли годы и Мухаррам не говорил, что возьмет вирд, и я не говорил ему об этом. Вместе с тем он мне нравился в десять раз больше, чем любой неудавшийся мюрид. В конце концов, Мухаррам как-то сказал: «Мне неудобно перед тобой, но мне нужно было взять вирд с самого начала, поэтому, если можно, обучи меня тарикату сегодня».

Я ответил ему: «Вот, Мухаррам, столько лет мы с тобой дружим, но я ни разу не сказал тебе, чтобы ты вступил на путь тариката. Я так поступил не оттого, что не хотел давать тебе вирд, просто я ждал, когда ты сам изберешь этот путь для себя. Если бы у меня было разрешение призывать в тарикат, то  тебя я призвал бы первым». Вот так Мухаррам попросил вирд, и этот день был одним из самых счастливых дней в моей жизни, когда мой друг стал мне и духовным братом. Такое воспитание мы получаем от своих наставников. Пусть тарикат принимает только тот, кто сам пожелает этого. Тому же, кто придет ко мне, двери моего дома открыты всегда, кто бы он ни был.

 

- Считается, что на местах имамы представляют собой более действенную властью, нежели государственные органы, и что этих имамов назначаете или вы сами, или руководство ДУМД по принципу лояльного отношения к вам, несмотря на то, что, может быть, они малообразованные люди. Скажите, так ли это?

 

- Претензий может быть очень много, но истина всегда остается таковой и несправедливость когда-нибудь будет низвергнута. Шариат обязывает всех, особенно Духовное управление, соблюдать справедливость во всех делах. При назначении имама на пост руководству ДУМД, в первую очередь, нужно обратить внимание на его знания и вероубеждение. При отсутствии одной из этих двух основ есть опасность, что община сойдет с истинного пути. Более того, имам должен быть красноречивым, спокойным, терпеливым, способным найти общий язык с членами общины. После того, как будут соблюдены вышеперечисленные условия, Духовное управление, насколько я знаю, не различает, мюрид это или не мюрид, и я не различаю. Если же ставить в вину то, что имамами не назначают никого, кроме тех, кто подчиняется Духовному управлению, то я не видел руководителей, которые принимали бы на работу непослушных им людей.

 

- Считается, что под вашим влиянием находится Духовное управление мусульман Дагестана. Какое отношение вы имеете к работе ДУМД?

 

- Я не отношусь к числу людей, которые могут руководить Духовным управлением, у меня и времени для этого нет, но я всегда поддерживаю его. И я не создавал оппозиции ни одному муфтию.

 

- Досточтимый шейх, говорят, что и вы, и Духовное управление получаете существенную материальную поддержку из арабских стран. Что вы скажете на это?

 

- Ни я, ни Духовное управление с момента развала СССР и до сегодняшнего дня не получили ни копейки из арабских государств и никогда ни у кого помощи такой не просили. А если бы и попросили то, не получили бы, поскольку эти деньги по ложным документам разворовывают разные структуры, начиная с тех, кто их выдает. Такие деньги нельзя брать ни ДУМД, ни мне. По милости Всевышнего (с.т) наше Духовное управление чисто от таких неподобающих денег. Если я не ошибаюсь, это должны хорошо знать и государственные органы (нас то они не забывают). После того, как по милости Всевышнего (с.т) появилась возможность совершать хадж, я по воле Аллаха (с.т) ежегодно совершал большое паломничество, несколько раз ездил в малое. Первые три года на самолете, а в остальное время наземным транспортом. При этом, начиная от Мекки, Медины и до нашей страны, у меня ни в одном государстве нет друга и даже знакомых.

 

- У входа в ваш дом посетителям предлагают прочесть краткий текст, там есть строки:  не поднимайте возле устаза вопросы выборов, болезней и т.д. Говорите с устазом только на тему тариката.

Тем не менее, вопрос существует, поэтому расскажите, пожалуйста, каково ваше участие в политических выборах тех или иных депутатов?

 

- Я очень устал от выборов, от кандидатов в депутаты и их представителей. Теперь вина за их приход ко мне пала на мою же голову. Наверное, это дань нынешней моде. При выборах депутатов или глав администраций в традицию вошла раздача тем или иным кандидатом денег народу (как можно больше), а также агитация помощников для этого. Им также дают деньги и обещают, в случае избрания депутата,  хорошую должность. Я же от них денег не прошу и при победе на выборах работы не требую, может быть, поэтому им выгодно приходить ко мне? Не бывает человека, не старающегося извлечь для себя пользы, но я этих людей не виню за то, что они приходят в мой дом. Выходит, моя вина в том, что я принимаю кандидатов, не гоню их прочь. Вот видите, депутаты, оттого, что не прогоняю вас, на меня ложится вина. Впредь надо будет что-то придумать относительно этого.

 

- Видите ли вы в развитии ислама какую-либо угрозу для существующего государственного строя?

 

- От развития ислама государству нет ни малейшей угрозы. Умные, образованные, желающие людям мира и добра люди, наоборот, говорят, что народ можно наставить на правильный путь только благодаря исламскому воспитанию. Это правда, и мы это видим. Поводом для развития ислама является то, что люди всю больше понимают его. Чем больше люди понимают ислам, тем сильнее в их сердцах укрепляется вера, а чем крепче вера, тем больше богобоязненности. Поистине, тот, кто боится Аллаха (с.т), не совершает плохого, а опасность для государства исходит лишь от плохого человека.

Можно сказать, что сегодня писать против ислама равносильно тому, что писать с целью вреда народу. По мнению некоторых, не следует просвещать народ, его надо распустить, не надо развивать ислам, надо бросить все и всех на произвол – пусть люди воруют, убивают, употребляют наркотики, прелюбодействуют и т.д. Не это ли настоящая угроза государству?

Развитие ислама, наряду с возможностью исповедовать любую религию, говорит о том, что, чем больше люди понимают эту религию, тем больше она нравится им. Да и другие религии развиваются тоже, ибо право выбора дано всем. Вместе с этим растет и недовольство людей во всем мире, имеют место войны, смута, угнетение слабых, происходят природные катаклизмы, крупные катастрофы. Но Властелином всего является Всевышний (с.т). Да ниспошлет Он всем нам благо!

Тот, кто боится ислама, не найдет своего места, где бы он ни был. Сообщают, что во многих странах мира наблюдается прогресс ислама. Как говорится, трус умирает каждый день, не надо бояться ислама. Все стороны, как бы соревнуясь, развиваются. Да победит та, которая принесет больше пользы для народа! Аминь!

 


Категория: Суфизм | Добавил: Администратор (28.10.2010)
Просмотров: 1796 | Теги: шейх Саид афанди, ислам, суфизм, Интервью | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]